О СТАТЬЕ Б.В. РАУШЕНБАХА «ЛОГИКА ТРИЕДИНСТВА»

Разбираемая ниже статья акад. Б.В. Раушенбаха была опубликована в журнале «Вопросы философии», 1990, N11, с. 166–169 под названием «О логике триединости», а затем, в несколько измененном виде, в журнале «Техника — молодежи», 1991, N8, с. 24–25 под заглавием «Логика триединства». Высказанные в ней идеи продолжают привлекать внимание православных верующих, хотя прошло уже несколько лет. Поэтому представляется нелишним рассмотреть их с позиции православного догматического богословия, ясно и глубоко разработанного св. отцами и учителями Церкви.

+ + +

Вначале автор указывает цель написания статьи. Скептическая и атеистическая критика православного учения о Св. Троице утверждает, что учение о Триедином Боге «бессмыслица, что триединство «противоречит арифметике» и здравому смыслу», переводя полемику «из области богословия в область формальной логики». [1]

Автор ставит задачу показать, что «понятие Троицы является логически безупречным с позиции формальной логики». [2] «Если окажется возможным указать математический объект, обладающий всей совокупностью логических свойств Троицы, — пишет он, — то возможность логической непротиворечивости Троицы будет доказана». [3]

Б.В. Раушенбах пытается выделить логические положения учения о Св. Троице с целью показать их непротиворечивость. Чтобы проследить за ходом мыслей автора и вынести суждение о правильности изложения им православного учения о Св. Троице, рассмотрим вначале те же понятия в изложении св. отцов и учителей Церкви.

Для постижения православного учения о Св. Троице необходимо уяснить терминологию данного вопроса. Вплоть до IV века «великой проблемой было выразить божественнное единство и различие, одновременность в Боге Монады и Триады, — пишет Вл.Н. Лосский. — Чтобы выразить общую для Трех реальность, «разделяя между Тремя неделимое Божество», как говорит Григорий Богослов, отцы выбрали слово усия.» [4] Означает оно «сущность», «существо». Наряду с ним употребляется имеющее тот же смысл слово природа. А для выражения различия Лиц Св. Троицы было выбрано слово ипостась, первоначально означавшее «существование» и практически не отличавшееся по смыслу от термина «усия».

«Полное христианское учение о Боге, которое необходимо содержать сердцем и исповедывать устами, чтобы достойно носить имя христианина, — пишет преосв. Макарий в фундаментальном труде «Православно-догматическое богословие», — состоит в том, что Бог един и троичен: един по существу (усия) и троичен в Лицах (Ипостасях).» [5] По словам Вл.Н. Лосского, каждая Ипостась Св. Троицы «содержит Божественную природу во всей ее полноте». [6] Божественные Ипостаси «суть Божественная природа; однако ни одна из Них, обладая природой ... не разбивает ее» [7].

В отличие от терминов «сущность» (усия) и «ипостась», имеющих в православном богословии точный смысл, слово Бог имеет собирательное значение: говорим о Боге, имея в виду и Единицу, и Троицу одновременно. Иногда же (в зависимости от контекста) оно означает Божество, т.е. единую божественную природу — и совпадает по смыслу с термином усия: говорят о Боге Отце, Боге Сыне и Боге Св. Духе — ибо и Отец и Сын и Св. Дух обладают единой божественной сущностью.

Б.В. Раушенбах строит изложение, отказавшись (по непонятной причине) от четкой православной терминологии — слов усия и ипостась. Выделяя основные пункты учения о Св. Троице, он пишет:

«1. Триединство. Иногда его условно записывают в виде имеющих парадоксальный вид равенств 1=3 и 3=1. Бог, с одной стороны, един, а с другой стороны, является Троицей.

2. Единосущность. ... Е.Н. Трубецкой ... проводит мысль, что Бог един, а троичность относится к Лицам (эта точка зрения восходит к Василию Великому). Трубецкой явно озабочен тем, чтобы избежать антиномии, которая возникнет, если единый Бог будет составлен из трех Богов. Однако это противоречит Символу веры, где о предвечном рождении Сына от Отца говорится: «Бога истинна от Бога истинна»...» Далее Б.В. Раушенбах заключает: «Единосущность надо понимать как формальную констатацию: единый Бог составляется из трех Лиц, Каждое из Которых является Богом.» [8]

Отказ от четкой православной терминологии приводит Б.В. Раушенбаха к необходимости употребить многозначное слово Бог в единственном смысле (как «сущность», усию). В результате он с неизбежностью вступает в противоречие со всей православной традицией, восходящей к св. Василию Великому и другим отцам-каппадокийцам: свв. Афанасию Александрийскому, Григорию Богослову и Григорию Нисскому. А ведь их бесспорная заслуга заключается именно в выработке православной троичной терминологии, благодаря чему учение о Св. Троице, всегда содержавшееся в Церкви во всей полноте [9], было четко сформулировано и ясно изложено. Значение их работы столь велико, что современный писатель Вл.Н. Лосский называет ее «торжеством христианской мысли» и отмечает: «это была не рационализация христианства, но христианизация ума, превращение философии в созерцание.» [10]

Истинно православное учение о Св. Троице изначально не противоречиво; как пишет преосв. Макарий, некоторые «утверждают, будто учение о триедином Боге противоречит здравому разуму и самому себе — но утверждают совершенно несправедливо: христианство учит, что Бог един и вместе троичен не в одном и том же отношении, но в различных, что Он един именно по существу и троичен в Лицах. И иное понятие дает нам о существе Божием, а иное о Божественных Лицах, так что эти понятия нисколько не исключают друг друга: где же здесь противоречие?» [11]

Б.В. Раушенбах видит в православном подходе «стремление уйти от противоречия»... [12] Но разве учение о Боге непременно должно быть противоречиво? Противоречит ли истина Сама Себе? Нет, — и православие также излагает истину непротиворечиво. К противоречию приводит отход от истины, что отмечал и преосв. Макарий: «Если бы христианство учило, что Бог един по существу и троичен по существу ... тогда, точно, было бы противоречие. Но, повторяем, христианство не учит так.» [13]

Так учит Б.В. Раушенбах, закрепив за словом Бог единственный смысл термина усия («сущность», «природа») и утверждая, что «единый Бог составлен из трех Богов». Возникшее противоречие Б.В. Раушенбах пытается разрешить, построив математическую модель своего учения о Св. Троице.

Дабы окончательно убедиться в однозначном употреблении Б.В. Раушенбахом слова Бог (т.к. он нигде не разъясняет своей терминологии), обратимся к его пониманию различия между Божественными Лицами Св. Троицы.

Согласно православному учению, качественного различия (различия по существу) между Лицами Св. Троицы нет, т.к. «божественные свойства относятся к общей природе; разум, воля, любовь, мир свойственны всем трем Ипостасям и не могут определять Их различие», поскольку каждое Лицо обладает Божественной природой во всей полноте (В.Н. Лосский, [14]). Едина благость, едина сила, едина воля, едина деятельность, едина власть, един разум, едина любовь и у Отца, и у Сына, и у Св. Духа — ибо и Божество Их (усия) едино. [15] Причем такое единство имеет место не только в Боге — в Себе Самом, но и в Его отношении к материальному бытию, в единстве Его действий в тварном мире. «Во Св. Троице ... общность и единство созерцается самым делом, по причине совечности Лиц и тождества Их существа, и деятельности, и воли», — пишет преп. Иоанн Дамаскин. [16] Различие Лиц заключается в Их отношении Друг к Другу. Отец отличается от Сына и Св. Духа тем, что безначален, нерожден и неисходящ; Сын отличается от Отца и Св. Духа тем, что рожден, но не исходит; а Дух отличается от Отца и Сына тем, что исходит, но не рожден. Между рождением и исхождением, несомненно, есть различие, — но каков образ различия — этого мы постигнуть не можем. [17] Единство по существу усматривается из действий Божиих в мире, а различие по отечеству, сыновству и исхождению можно усмотреть лишь мысленно. [18] Причем различие в отношении не до'лжно снизводить к противопоставлению Божественных Лиц. [19]

Б.В. Раушенбах же, говоря о «трех Богах» утверждает именно качественное различие Лиц Св. Троицы, — что доказывает однозначное и не вполне законное употребление им слова Бог. Он пишет:

«3. Неслиянность. ... Все три Ипостаси существуют одновремено и всегда, при этом они качественно различны и не могут заменять друг друга или сводится друг к другу. ... Прекрасно понимая неуместность такого термина, как «работа», все же рискну сказать, что каждое Лицо Троицы выполняет свою работу, не свойственную другим Лицам.» [20]

Б.В. Раушенбах аргументирует свои слова словами некоторых церковных молитв, в которых призываются несколько различные действия разных Лиц Св. Троицы. Однако во-первых, в них говорится не о Боге в Себе Самом, а о Его действии в мире; о Его домостроительстве (т.е. участии в спасении человека). Во-вторых, св. отцы учили, что и в последнем случае Отец, Сын и Св. Дух не различаются по действию, но лишь в образе действия. «Отец не может быть Творцом без того, чтобы не был Творцом Сын и не был Творцом Дух, — говорит Вл.Н. Лосский. — «Отец творит Сыном в Духе Святом» — неоднократно встречаем мы у отцов. ... Это — икономическое, домостроительное проявление Троицы. Три Лица творят совместно, но Каждое присущим Ему образом. ... По слову Василия Великого, Отец — первопричина всего сотворенного, Сын — причина действующая, Дух — причина совершенcтвующая. ... Один осуществляет волю Отца, Другой завершает е\»е в добре и красоте; Один призывает тварь, чтобы привести её к Отцу, ... Другой помогает ей ответить на этот зов, сообщая ей совершенство.» [21]

Примечательно, что Б.В. Раушенбах признает такое единство во св. Троице, и вступает в противоречие с самим собой, когда при разборе своего противоречия о «Боге, составленном из трех Богов», переходит от положения о «трех Богах» к положению о «едином Боге»:

«4. Нераздельность. ... Три Лица выступают всегда вместе и все, что делается, делается ими совместно. Абсолютно исключено, чтобы какое-то Лицо совершало нечто независимо от других Лиц.» [22]

Подводя итог, можно сказать, что православное учение о Св. Троице изложено Б.В. Раушенбахом неверно. Формулировка его взгляда в терминах традиционного православного богословия примет вид: Бог един по существу и троичен по существу, причем троичность в Лицах и есть троичность по существу. Дальнейшее рассмотрение идей Б.В. Раушенбаха, в общем-то, излишне, мы вкратце проделаем это ради строгости изложения.

+ + +

Логически непротиворечивая модель, предложенная Б.В. Раушенбахом, в лучшем случае будет изоморфна (полностью соответственна) лишь его искаженной конструкции учения о Св. Троице. В худшем случае обнаружится отсутствие такого соответствия, что и будет иным подтверждением противоречивости взглядов Б.В. Раушенбаха.

Предлагаемая модель проста: в трехмерном пространстве вводится ортогональная декартова система координат и рассматривается исходящий из начала координат произвольный вектор конечной длины. Он однозначно представим в виде суммы (линейной комбинации) трех своих проекций на оси. Расположенные на осях проекции, которые также являются векторами, Б.В. Раушенбах называет составляющими. Он пишет:

«Очевидно, что сам вектор, с одной стороны, и совокупность его трех составляющих, с другой стороны, является одним и тем же. Но это и есть триединость.

Очевидно также, что в этом примере наличествует и единосущность, поскольку составляющие вектора сами тоже являются векторами.» [23] «Каждая компонента вектора сама является вектором, т.е. имеет ту же самую природу, сущность.» [24]

Для Б.В. Раушенбаха очевидно, что единосущность четырех векторов (исходного и трех проекций) полностью подобна единосущности Лиц Св. Троицы. Однако в первом случае имеет место так называемая абстрактная единосущность: каждый вектор как индивидуум относится к виду векторов, т.е. обладает свойствами векторов (направленных отрезков конечной длины)... Пример такой единосущности известен издревле: Петр и Иоанн едины по природе, — ибо оба могут дышать, мыслить, говорить, действовать — но общая абстрактная природа человека реализована по-разному в каждом из них. Реализация общей природы в индивидууме и есть «ипостась», «лицо». Каждый обладает собственным «осколком» абстрактной природы, а не всей природой, которая целиком реально и не существует, а лишь усматривается умом. [25]

Совершенно иной смысл единосущности Лиц Св. Троицы. «Усия в Троице, — пишет В.Н. Лосский, — это не абстрактная идея Божества, не рациональная (т.е. умозрительная — Сост.) сущность, которая связывала бы три божественных индивидуума, подобно тому, как человеческие свойства являются общими для трех людей. ... Ничего подобного нет в Троице, где каждая Ипостась содержит божественную природу во всей ее полноте.» [26] Т.о. каждый из трех составляющих-векторов есть ипостась некой абстрактной природы вектора. Тогда основной вектор излишен, — имея ту же природу, он является е\»е конкретной реализацией, т.е. четвертой ипостасью...

Рассмотренная модель логически непротиворечива, — но и не изоморфна (не соответствует) ни православному учению о Св. Троице, ни представлению Б.В. Раушенбаха (четвертую Ипостась он не вводит, а лишь приписывает каждому Лицу собственную природу). Описанная модель ближе всего к еретическому учению о Софии — Премудрости Божией (фактически — четвертой Ипостаси Св. Троицы), развитому Вл. Соловьевым и о. Сергием Булгаковым.

+ + +

Попытка акад. Б.В. Раушенбаха найти совершенное подобие Св. Троицы в мире сем имеет значение как опыт построения православной апологетики. В православном учении много таинственного — «догматы о воплощении и Лице нашего Спасителя, о Его крестной смерти, о приснодевстве Богоматери, о действиях в нас благодати» и многие другие (преосв. Макарий, [27])... Ведь разум дан нам для познания вещей и идей мира видимого, материального, тогда как для познания невидимых, духовных и божественных предметов необходима вера. Задачу православной апологетики можно сформулировать так: постараться показать, что между верою и разумом нет противоречия; причем исходить нужно именно из вероучения. Попытка объяснить разумом предметы веры, или, что еще хуже, — доказать доводами разума то, что должно приниматься верою, — такая попытка противна Божьей воле, и оттого заранее обречена на провал.

Выслушаем слова величайшего подвижника прп. Макария Египетского: «Апостолы в какой город ни входили, проводили там несколько времени, и иных из страждущих исцеляли, а других — нет. Сами апостолы желали бы оживить всех мертвецов и соделать здравыми всех страждущих, но желание их вполне не исполнялось. Это делалось по Божьему смотрению, что в ином (деле) апостолы творили знамения и чудеса, а в ином оказывались немощными, — чтобы через это делалось видимым различие веры в верных и неверных, и испытывалась человеческая свобода, и обнаруживалось, не соблазняются ли некоторые их (апостолов) немощью. А если бы апостолы делали все, что желали, то знамениями и произволением своим утверждали бы они людей в благочестии как бы принуждая их, и не было бы уже места ни вере, ни неверию.» [28]

Также, если бы все догматы и предметы веры возможно было объяснить и доказать разумом, — не осталось бы места свободному произволению человека. Каждый был бы принуждаем разумом верить и спасаться, а это противно Божественной воле, ибо Бог никого не принуждает, но всех приходящих к Нему спасает.

Димитрий Юревич

г. Самара,

октябрь — ноябрь 1995 г.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] О логике триединости, с. 166

[2] Ibid

[3] Ibid

[4] Лосский В.Н. Догматическое богословие. //Мистическое богословие. Киев, 1991. с. 273.

[5] преосв. Макарий. Православно-догматическое богословие, т.I, гл. II, пар. 24. СПб.: 1868, репринт: М.: 1993, с. 156.

[6] Лосский В.Н. с. 274.

[7] Ibid, с. 275.

[8] О логике триединости, с. 167.

[9] подробнее см. у преосв. Макария, т. I, пар. 25.

[10] Лосский В.Н. Ibid, с. 272.

[11] преосв. Макарий.Ibid, пар. 29, с. 204–205.

[12] Логика триединства, с. 24.

[13] преосв. Макарий.Ibid, пар. 29, с. 205.

[14] Лосский В.Н. Ibid, с. 276

[15] см.: прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, ч. 1, гл. 8. М. – Ростов-на-Дону: 1991, с. 96.

[16] Ibid.

[17] Ibid, с. 94.

[18] Ibid, с. 97.

[19] ...как поступают католики. См.: Лосский В.Н. Ibid, с. 278.

[20] О логике триединости, с. 167.

[21] Лосский В.Н. Ibid, с. 284–285.

[22] О логике триединости, с. 167.

[23] О логике триединости, с. 167–168.

[24] Логика триединства, с. 25.

[25] Лосский В.Н. Ibid, с. 274.

[26] В.Н Лосский подробно рассматривает указанный вопрос. Ibid, с. 274–275.

[27] преосв. Макарий, Ibid, гл. II, пар. 24, с. 157.

[28] прп. Макарий Египетский. Духовные беседы. Бес. 26. Изд-е Св. Троицк. Серг. Лавры, 1994, с. 195.

5

О статье акад. Раушенбаха "Логика триединства"

Апологетика -- Догматическое богословие

Написана в октябре-ноябре 1995 г. Позже в "ЖМП" (кажется, 1998, 6) вышла большая подробная статья некоего студента МДА, выводы которой полностью подтверждают выводы этой работы.

Димитрий Юревич

2000-02-17T23:56:00

Dmitry Yurevich